Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:
Новости Северодвинска и Архангельской области

«Мы не разрушители, а созидатели»

19.03.2016
Изменить размер шрифта
В Архангельском мореходном училище, 1972 год. Фото из личного архива Александра Вешнякова

Александр Вешняков: «Да, я самый настоящий, чистокровный помор»

Портал meduza.io опубликовал интервью с послом России в Латвии Александром Вешняковым. Интервью солидное (по масштабам «Вечёрки» - больше трёх страниц). Беседовала с Вешняковым известный журналист Катерина Гордеева.

Речь шла большей частью о выборах – Александр Альбертович, напомним, с 1999-го по 2007 год возглавлял Центризбирком. Но очень приятно, что дипломат вновь вспомнил свою малую родину.

«...Я самый настоящий, чистокровный помор. Из поморской деревни. Когда начал искать Вешняковых в церковных книгах, дошёл до 1650 года! Мои предки жили в дельте Северной Двины. Первый, кто упоминается, — Иван Вешняков. Он был крестьянином, рыбаком. Крепостного права у поморов, если знаете, не было. Наверное, оттуда мое свободолюбие и тяга к демократии.

Море же было перед глазами. Родина моего отца, Байкалово, - большая деревня, почти рядом с Белым морем, между Архангельском и Северодвинском. Мама с папой познакомились в рыбацкой артели, многие родственники работали в Северном морском пароходстве. 

Я единственный ребёнок у мамы, а школа у нас в деревне только до восьмого класса. И надо было куда-то дальше идти, обеспечивать себя, облегчить матери жизнь - отец трагически погиб, когда мне было девять месяцев. И я пошёл в архангельскую мореходку...»

Концовка разговора вновь вернула Александра Альбертовича к родным местам:

«Как и многие соотечественники, не присмотрели себе дом? Юрмала - место, куда россияне перебираются целыми семьями.

- Моё место далеко отсюда. Деревня Конецдворье Приморского района Архангельской области. У меня там дом, дом моей мамы, я сам его основу укреплял, причём в тот момент, когда основы государства рушились. Дело было, по стечению обстоятельств, в августе 1991-го, во время путча. А ещё там, в двухстах метрах от нашего дома, деревянная церковь Николая Чудотворца. И в ней когда-то служил мой предок по маминой линии. Со временем церковь эта почернела и грозила рухнуть едва ли не на наш дом. И это стало бы символом того, что наше время — время разрушений. И как-то меня задела эта мысль. И, используя — назовём это административным ресурсом плюс влияние и желание людей, мы церковь восстановили в 2004 году...

...Для меня эта церковь - моя история. Это место моего рода, моей земли: в этой церкви молилась моя бабушка, там крестили мою маму, а потом, когда в храме сделали школу, она там училась, а потом была бригадиром овощеводческой бригады, когда там сделали склад. В общем, это очень личное дело. И я правда хочу верить в то, что мы не разрушители, а созидатели. И время, которое было отпущено нам, - оно для постройки нового и возрождения старого, а не для уничтожения. Ну и ещё я в какой-то момент понял, что это моё место».

Прочитать интервью можно на сайте meduza.io, название публикации - «Выборы, после которых люди выходят на площадь, - это провал».

По материалам meduza.io

         
     
 

Система Orphus
Обращаем ваше внимание, что в комментариях запрещены грубости и оскорбления. Комментатор несёт полную самостоятельную ответственность за содержание своего комментария.





Возрастное ограничение











Правозащита
Совет депутатов Северодвинска

Красноярский рабочий